Search result
Мой прадед, Хаим-Дувид Айзенштейн, был человеком не очень богатым. Но и не бедным. Он владел столярной мастерской, где работал сам вместе с несколькими наемными рабочими. Прадед был знатный краснодеревщик, его мебель с удовольствием покупали, что позволяло ему в достатке содержать свою большую семью, насчитывавшую трех дочерей и четырех сыновей. Жили они в Одессе, на Молдаванке. Но не в бедном районе, а в одном из самых зажиточных. Кстати, в их дворе одно время снимал комнату молодой человек по имени Изя Бабель, сын почтенного маклера. Уже потом выяснилось, что Изя собирал материал для того, что стало впоследствии «Одесскими рассказами».
Квартира у семьи Айзенштейнов была просторная, но она не шла ни в какое сравнение с той, которую через стенку занимали Тодесы - намного более обеспеченная еврейская семья. Времена стояли смутные, бандиты короля воровского мира Одессы Мишки Япончика бушевали - грабили на улицах, врывались в дома. И соседи договорились: если придут к Тодесам, то они постучат условным стуком в стенку - и Айзенштейны вызовут ЧК. А если придут грабить Айзенштейнов, то они постучат к Тодесам.
Первыми пришли грабить Айзенштейнов. Моя бабушка Двойра успела постучать в общую стенку. А у Тодесов в квартире была по тем временам очень редкая и дорогая вещь - телефон. Поэтому бандиты Япончика еще даже не успели приступить к изъятию ценностей, как во двор въехал грузовик, в кузове которого сидел десяток вооруженных чекистов.
Шансов у трех грабителей не было. А у сотрудников одесской ЧК тогда с бандитами разговор был короткий - их ставили к стенке без суда и следствия, прямо на том месте, где удавалось схватить живьем. Грабители взмолились - «Люди добрые, помилосердствуйте, спасите нас!» И... Айзенштейны спрятали их в шкафу, а когда чекисты вбежали в квартиру, сказали, что бандиты уже ушли.
Как потом Мишка Япончик расплатился с семьей прадеда - отдельная история. Могу лишь сказать, что сделал он это по еврейскому правилу - «мера за меру», вытащив из застенок ЧК их бедного родственника, случайно попавшего в облаву на Привозе.
Когда я в первый раз услышал эту историю, то, естественно, не мог не задать бабушке вопрос: «Как же так? Вас эти бандиты пришли грабить, а вы их спрятали! Почему?!»
- Ты не понимаешь, ингале, это ж были наши, еврейские бандиты,- сказала бабушка. - Они же никого и никогда не убивали. Раздеть догола на улице - да, очистить квартиру - пожалуйста. Но заниматься душегубством?! А если бы мы отдали их в руки тех газлоним (разбойников- Д.Ш.) из ЧК, то этих еврейских мальчиков пристрелили бы прямо у нас во дворе.
Когда стало известно, что три поколения семьи Ушеренко - дедушку и бабушку, отца и мать, двух маленьких детей, в том числе трехмесячного Натанэля, хладнокровно зарезал один человек, я не сомневался ни секунды, что сделал это не еврей. А когда подозреваемого показали по телевизору, и на экране появилась серая физиономия уркагана, то сомнения исчезли даже у тех, кто пытался убедить меня в обратном.
Карлики приехали в Израиль на основании пункта в Законе о возвращении, дающего право на репатриацию внуку еврея. Дед Демьяна Карлика по отцу был евреем, но, понятно, что ни еврейского характера, ни уж тем более еврейского милосердия у внука не осталось и в помине. Карлик еще в Челябинске якшался с уголовными элементами, участвовал в попытке вооруженного ограбления, а здесь, в Израиле (согласно последним публикациям ивритских СМИ) похвалялся перед своей дочерью, что успел безнаказанно убить несколько человек. За ограбление он был объявлен в розыск Интерполом, но, как это ни парадоксально, израильские власти выдали ему визу и разрешили приехать в страну.
Резня в Ришон ле-Ционе должна вновь - и со всей остротой - поставить вопрос перед нашими власть предержащими: до каких пор государство Израиль будет позволять разным уркам творить беспредел на его территории? Что же касается вопроса, вынесенного в заголовок, то на него есть только один ответ: еврейского бандита Мишку Япончика и русского головореза Демьяна Карлика не связывает ровным счетом ничего. Поэтому и делать нечего таким моральным - не карликам, а уродцам - в Эрец Исраэль. Пусть живут в Челябинске и там ведут себя так, как им вздумается. А на границах Израиля перед карликами должен быть поставлен непроницаемый заслон.
Автор публикации
Давид Шехтер
http://www.zman.com
Наши люди оказались в нужное время и в нужном месте
Имидж израильских русских в израильской прессе - это что-то вроде равнобедренного треугольника. На одном бедре: пьяницы-убийцы, мафиози и проститутки. На другом: инженеры-хай-тека, театралы и меломаны, потребители культуры. А в основание – правые, противники отступления, препятствие на пути к миру. 
Этот имидж, хотя и является стереотипным, в общем-то, вполне соответствует действительности, что не мешает нам предъявлять претензии к израильским журналистам.
Как-то гендиректор Ассоциации журналистов Израиля Йоси Бар-Муха выступил перед участниками русской конференции в Ашдоде, и сказал, что ивритоязычные журналисты обслуживают интересы "определенных групп населения", и поэтому средствами массовой информации пользуются как инструментом. Он привел в качестве примера, миф о русской мафии, который был создан по заказу местных правящих семей, опасавшихся конкуренции со стороны русских олигархов. Поэтому для борьбы с ними в 90-е годы был создан отдел, названный отделом по борьбе с особо опасными преступлениями.
Если местные СМИ всего лишь инструмент, так все претензии должны относиться к тем, кто им пользуется.
В ходе этой же конференции развернулась дискуссия о непрофессионализме ивритоязычных журналистов, которые, освещая "русскую улицу", зачастую слабо себе представляют, о чем идет речь. В результате невежества помноженного на культурные различия, создается искаженное восприятие. Однако, русские – не единственные жертвы демонизации со стороны прессы, которая является инструментом в израильской войне культур.
Некоторое время назад в Израиле побывал известный американский журналист, опубликовавший в Нью-Йорк Таймс статью, которую все наши издания с удовольствием перепечатали и прокомментировали. В статье не было привычных штампов типа мафиози-проститутка, зато было о хай-теке, русских магазинах, грузинских и бухарских ресторанах и танцах на берегу моря. В этой статье мы выглядели прекрасно, вписавшись в средиземноморскую панораму Ашдода. Статья выходила за рамки рубрики "Путешествия и отдых", в которой она была опубликована. Создавалось впечатление, что автор использовал данный формат для того чтобы раскрыть миру тщательно скрываемую израильскую военную тайну: о том что Израиль в сущности становится продолжением постсоветского пространства, в котором люди, получившие воспитание в советских школах и вузах, составляют беспрецедентно высокий процент, что сказывается на облике всей страны и на ее политическом курсе.
При этом рубрика и формат данной статьи не позволили автору коснуться нашей главной драмы, которая заключается вовсе не в ностальгии, а в том противодействии израильской элиты амбициям самого крупного и мобилизованного израильского сектора, направленным и на формирование израильской внешней политики в соответствии с его понятиями. Эти понятия, которые в глазах многих представителей старых элит, представляют из себя адскую смесь советского с израильским, оказались востребованными в широких кругах израильского народа. Это уже свидетельствует о невероятном успехе постсоветского бренда или его мутаций на израильской почве.
Читая то, что пишет иностранная пресса об Израиле, вы вряд ли найдете информацию о масштабах присутствия выходцев из бывшего СССР и их влиянии на израильскую политику. Официально говорят о 15% русскоговорящего населения в Израиле.
Разумеется, этот процент не отражает всей полноты картины, потому что не учитывает рожденных в Израиле детей, которые формально выбыли из статистики. А если говорить о, так называемой, титульной нации, то в отдельно взятых местах получается модель типа Ашдода, где выходцы из бывшего СССР составляют треть от всего населения города. Те, кто надеется, что такая крупная группа людей со своими средствами информации с таким высоким потенциалом социальной мобилизации, откажется от амбиций играть ведущую роль в израильской политике - ошибаются.
Израиль не афиширует эти цифры за рубежом по причинам предполагаемой нерелевантности. Страна иммигрантов, мало ли кто откуда приехал и какой процент. Внутреннее дело. Так что, если говорить о зарубежном пространстве, то с положением вещей в Израиле, страны бывшего Советского Союза знакомы гораздо лучше чем западные страны , тем более, что ситуацию предвосхитил Высоцкий, пропев еще в семидесятых о том, что там, в Израиле на четверть наш народ.
Что касается Запада, то масштабы постсоветского фактора в Израиле, и, в частности, в израильской политике стали вырисовываться только в связи с назначением Авигдора Либермана главой МИДа.
Сейчас некоторые наши дипломаты нашептывают своим коллегам в европейских столицах, что Либерман – это "временное недоразумение", создавая у наших европейских и американских друзей впечатление, что он "никого не представляет".
Это "никого" звучит не только в кулуарах, но и неоднократно озвучивается, как в западной, так в и израильской прессе. Типично в это связи привести цитату из статьи ведущего публициста газеты "Гаарец" Йоэля Маркуса, который сравнил назначение Либермана с назначением императором Калигулой лошади на должность римского консула. Ни больше и ни меньше.
Что касается собственно МИДа, то дипломаты старой школы, привыкшие действовать только в американском и европейском направлении, почувствовали себя неадекватными при решении задачи, которую перед ними поставил Авигдор Либерман, а именно – диверсифицированная многовекторная политика. На этом новом глобусе, который, он поставил на столы наших дипломатов, обозначены не только Европа и Америка, но и Украина, и Казахстан, и Азербайджан, Грузия и Белоруссия, Молдова и Туркменистан. Многие дипломаты и журналисты все еще живут теми временами и понятиями, когда все это пространство было Советским Союзом, которое упорно называли тогда "Россией". В их понимании все эти страны и по сей день не стоят особых дипломатических усилий.
Можно, разумеется, понять дипломатов и политиков старой школы, которые позиционировали Израиль как западную страну. Этот подход, который был оправдан в прошлом, сегодня делает Израиль уязвимым перед лицом европейского постколониального синдрома и кодекса политкорректности либеральных американских элит. Ну какая из нас западная страна, если четверть населения – это продукты мутации советского с израильским? Тем более что и остальные израильтяне тоже родом отнюдь не из стран с развитыми демократическими традициями. Ну разве что, мы согласимся считать колыбелью демократии области расположенные где-то на границе между Польшей и Трансильванией…
Израиль действительно стал жертвой делигитимации со стороны части американских и европейских элит, что вызывает панику у их израильских младших братьев, которые пытаются повесить этих кошек на израильских русских, вернее на тех, которых мы делегировали в высшие эшелоны власти.
На самом же деле наши люди оказались в нужное время и в нужном месте, поскольку свободны от комплекса младшего брата и не страдают психологической зависимостью от западных элит, их ценностей и главное, отношения.
В отличие от израильских младших братьев с их инфантильной паникой брошенных детей, мы также не настаиваем, чтобы нас любили - с нас вполне достаточно, чтобы нас боялись.
Нелли Гутина
Журналистка и иногда писательница. Приехала из Киева в семидесятые годы. Печатается в приложении к газете "Вести", в журнале "22". В настоящее время заканчивает работу над книгой "Israel Goes Russian" на английском и на русском языках.
|
Powered by Dolphin Smart Community Builder
|
|